Естественно не обычных слов, а так сказать, ругательных, но литературных. Как показала практика, пользуясь некоторыми словами, мы и сами не знаем, что значение многих из них давно утеряно или полностью изменено.
Например, слово идиот отнюдь не обозначает больного или человека с умственными отклонениями. В Древней Греции трактовка слова звучала как «частное лицо», «обособленный человек. Тех же, кто от участия в политике уклонялся (например, не ходил на голосования), называли «идиотэс» (то есть, занятыми только своими личными узкими интересами). Ну и конечно, «идиотов» сознательные граждане не уважали, и вскоре это слово обросло новыми оттенками — «ограниченный, неразвитый, невежественный человек». И уже у римлян латинское слово idiota значит только «неуч, невежда».
А вот болван на Руси означало чурка из дерева, камня или глыба, из которой позже вырезали идола. Дурак вообще изначально не относился к ругательному направлению слова. Позже выяснилось, что дураком называли при крещении человека чистого, к тому же имя дурак давалось как второе, для того чтобы злые духи не могли причинить вреда человеку.
Кому не известно обидное прозвище кретин? Зря обижаетесь, несколько веков назад в Альпах местные жители называли друг друга кретинами, что в переводе означает «христианин». Ошибка в трактовке появилась именно в те времена, из-за нехватки йода местные жители болели и рождались слабоумными, врачи записывали диагноз-кретинизм, так и повелось называть ошибочно кретинами христиан.
Подлец. Это слово по происхождению польское и означало оно «простой, незнатный человек». Так, известная пьеса А. Островского «На всякого мудреца довольно простоты» в польских театрах шла под названием «Записки подлеца».
Шантрапа. Не все французы добрались до Франции. Многих, взятых в плен, русские дворяне устроили к себе на службу. Для страды они, конечно, не годились, а вот как гувернеры, учителя и руководители крепостных театров пришлись кстати. Присланных на кастинг мужичков они экзаменовали и, если талантов в претенденте не видели, махали рукой и говорили «Сhantra pas» («к пению не годен»).
Шаромыжник. 1812 год. Ранее непобедимая наполеоновская армия, измученная холодами и партизанами, отступала из России. Бравые «завоеватели Европы» превратились в замерзших и голодных оборванцев. Теперь они не требовали, а смиренно просили у русских крестьян чего-нибудь перекусить, обращаясь к ним «сher ami» («дорогой друг»). Крестьяне, в иностранных языках не сильные, так и прозвали французских попрошаек — «шаромыжники». Не последнюю роль в этих метаморфозах сыграли, видимо, и русские слова «шарить» и «мыкать».