Едва выпутавшись из скандальной истории с попыткой ввести уголовную ответственность за клевету, Верховная Рада приняла в первом чтении закон об ужесточении наказания за пропаганду гомосексуализма. Запад тут же выступил с очередной порцией резкой критики, расценив решение как наступление на права и свободы украинских граждан. Теперь депутатам, возможно, придется, как и в случае с законом о клевете, голосовать за отмену итогов первого голосования. Работа парламента превратилась в предвыборное шоу, целью которого является отвлечение внимания избирателей от важных проблем, полагают эксперты.
Автор закона о запрете пропаганды гомосексуализма коммунист Евгений Царьков рассказал, что документ готовился давно, но из-за давления со стороны Евросоюза и ООН не вносился в повестку дня. "Закон был разработан для защиты прав детей на безопасное информационное пространство, а не для ущемления прав нацменьшинств", – пояснил коммунист в интервью агентству "ФорУм". Он отметил, что из ЕС в Украину поступает все больше детских пособий, навязывающих мнение о нормальности однополых отношений. "Я вам скажу не как политик, а как студент: я не хочу в Европу через такой задний ход. Если мне будут ставить условие: либо вы развращаете общество, своих детей, разрушаете свою традиционную семью, либо мы вас не пустим в Евросоюз, то мне такой Евросоюз, как и большинству граждан Украины, не нужен", – высказал свою точку зрения Царьков.
Позицию депутата-коммуниста разделили две трети парламентского состава – за законопроект в первом чтении проголосовали почти 300 парламентариев. Правда, большинство из них, занимаясь предвыборной кампанией, внимательно документ не читали. Как выяснилось после голосования, в тексте нет ни слова об информационной защите собственно детей, как нет и обязательных определений таких понятий, как "гомосексуализм" и "пропаганда гомосексуализма". Зато четко и жестко определены меры наказания – от многотысячных штрафов до пятилетнего срока тюремного заключения. Правозащитники забеспокоились, что дамоклов меч уголовной ответственности завис над каждым, кто, например, смотрит фильм "Горбатая гора" или слушает песни Элтона Джона.
Депутаты одним махом решили внести изменения в законы "О защите общественной морали", "О печатных средствах массовой информации (прессе) в Украине", "О телевидении и радиовещании", "Об издательском деле", а также дополнить Уголовный кодекс статьями, которые напоминают старые советские нормы.
Об угрозах, которые может создать новый закон, заявила уполномоченный Верховной Рады по правам человека Валерия Лутковская: "Пытаясь запретить "пропаганду гомосексуализма", указанный законопроект не дает никакого определения этому термину. Это может привести к чрезмерному ограничению прав (вопреки статье 22 Конституции), в частности, права на свободу выражения взглядов, будет противоречить статье 34 Конституции и международным обязательствам государства в сфере защиты прав человека – статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статье 19 Международного пакта о гражданских и политических правах".
Что именно нарушили украинские депутаты, они теперь ежедневно узнают из гневных обращений из-за рубежа. Представители Евросоюза и Совета Европы, ПАСЕ, ООН, международных журналистских и правозащитных организаций дружно критикуют украинскую власть. Чиновники МИДа еле сдерживают ярость: одним предвыборным решением Верховная Рада, которой осталось работать месяц, поставила под угрозу срыва все многолетние усилия по сближению Украины с Европой.
В частности, в ЕС все чаще звучат вопросы о целесообразности дальнейших действий по либерализации визового режима и по продолжению работы над соглашениями об ассоциированном членстве Украины в ЕС и о создании зоны свободной торговли. "Наши народные избранники, заигрывая с определенными настроениями части общества, должны понимать, что они тем самым это общество просто подставляют. Нравится нам это или нет, но гомофобия и евроинтеграция несовместимы", – отметил директор департамента информационной политики МИД Украины Олег Волошин.
Как можно было прогнозировать, ситуация сыграла на руку в первую очередь секс-меньшинствам. И.о. президента украинского Гей-форума Святослав Шеремет подтвердил, что депутатское решение стало "колоссальной рекламой для гей-сообщества". О проблемах украинских граждан нетрадиционной ориентации говорят в эти дни со всех телеэкранов и украинские чиновники, и западные эксперты.
Еще полгода назад меньшинства не могли о таком даже мечтать. На конец мая в Киеве планировался первый в Украине гей-парад. Но против инициативы десятков активистов выступили тысячи людей, объединенных как православными церквями, так и общественными организациями, пропагандирующими традиционные семейные ценности. В итоге милиция порекомендовала отменить или перенести на другое время гей-парад, чтобы не подвергать опасности его участников. Хотя активисты прислушались и свернули свои радужные флаги, но в тот же день лидеры сообщества были жестоко избиты неизвестными.
Инцидент дал повод Западу обеспокоиться нетолерантностью украинцев, но против аргумента о вековых устоях, базирующихся на православной или католической религии, возразить было нечего. Сейчас, когда ситуация из морально-этической плоскости переместилась в юридическую, украинская власть оказалась удобной мишенью для критики со всех сторон. Тем более что сам закон, по словам юристов, проработан слабо.
Эксперты в Киеве не исключают, что депутатам придется проголосовать за отмену своего же голосования. Подобное произошло на прошлой неделе. Как писала "НГ", депутатам пришлось отменять принятый в первом чтении закон об уголовной ответственности за клевету. Предвыборное переливание из пустого в порожнее, возможно, не случайность, а политтехнология, полагают специалисты. Политолог Алексей Гарань напомнил, что цепочка началась с непродуманного закона о региональных языках, который взбудоражил общество, а теперь парламенту предстоит внести в него существенные поправки. Затем был скандальный закон о клевете, потом – о противодействии пропаганде гомосексуализма. "О чем еще говорить накануне выборов партии власти? Все это отвлекает внимание. Это, так сказать, политтехнология", – предположил он.