Так британский автор Пол Джонсон описывает весну 1933-го, когда экономика США восстанавливалась после Великой депрессии, а в Белый дом пришел новый харизматичный лидер.
И хотя Порошенко и Зеленский – не Гувер с Рузвельтом, некоторые параллели с сегодняшней Украиной все же прослеживаются.
Реалии нынешнего лета вполне можно окрестить "рынком Зеленского".
С приходом Зе национальная валюта рекордно укрепилась – словно в насмешку над сторонниками Петра Алексеевича, пугавшими страну долларом по сто.
Обыватели наслаждаются подешевевшими путевками и авиабилетами.
Инвесторы расхватывают украинские облигации, словно горячие пирожки.
Отечественная руда по сравнению с прошлым годом подорожала почти вдвое. Отечественное зерно тоже в цене.
Закупаемый за рубежом газ, напротив, подешевел.
Все это отлично вписывается в картинку начинающихся перемен, всенародного оптимизма и прощания с эпохой бедности.
Ирония в том, что улыбчивый президент Зеленский не имеет ко всему перечисленному почти никакого отношения.
Новому гаранту просто повезло вступить в должность при благоприятной внешнеэкономической конъюнктуре.
Да, он мог бы свести эту конъюнктуру на нет, если бы пустился в рассуждения о разрыве с МВФ и дефолте. Да, вместо этого он говорит западным партнерам правильные и обнадеживающие вещи.
Но на этом личные заслуги Владимира Александровича пока заканчиваются – и начинается обычное везение. Та самая удача, чью важность так неприятно признавать историку. И не только историку.
Кто-то из нас верит в президента Зе, кто-то презирает его до глубины души. Но и тем, и другим удобно думать, что успех или неуспех новой власти будет зависеть исключительно от ее решений и действий.
От кадровых назначений. От проведенных реформ. От антикоррупционных мероприятий. От дипломатических усилий. От информационной политики.
А между тем, обстоятельства, не зависящие от Зеленского и его команды, способны сыграть ничуть не меньшую, а то и большую роль.
К примеру, новая глобальная рецессия – если таковая все-таки последует и совпадет с президентством Зе – практически наверняка уничтожит новую украинскую власть. Уничтожит быстрее, чем любые политические промахи и прегрешения.
Подобный прецедент в новейшей отечественной истории уже имеется.
Лето 2008 года. Харизматичный премьер-популист Юлия Тимошенко не оставляет шансов своим бесцветным соперникам.
Кажется, ничто в Украине не способно остановить ее на пути к будущему президентству. Но всего через пару месяцев Юлию Владимировну остановят американские ипотечные кредиты, деривативы и банкротство Lehman Brothers.
Госпожа Удача нежданно-негаданно отвернулась от госпожи Тимошенко.Мировой финансовый кризис, разразившийся осенью 2008-го, предопределил поражение Леди Ю и принес победу оппозиционному Януковичу. Глобальный фактор, не зависевший ни от кого из украинцев, оказался решающим.
"Черный лебедь" с другого конца планеты поломал всю внутреннюю украинскую игру – и тем показательнее была наша реакция на его появление.
Сначала последовали рассуждения о том, как украинское руководство сможет сохранить популярность на фоне обвала экономики.
Приводились наивнейшие аналогии с Великой депрессией и политикой Франклина Рузвельта.
При этом никого не интересовали реальные исторические обстоятельства: Рузвельт вступил в должность, когда низшая точка кризиса была пройдена и экономическое восстановление уже началось. Зато бурная деятельность Герберта Гувера на пике кризиса не дала результатов и не спасла репутацию президента-республиканца.
Многие отечественные интеллектуалы не желали согласиться с очевидным: госпоже Тимошенко элементарно не повезло оказаться в премьерском кресле в неподходящий момент – как некогда мистеру Гуверу не повезло прийти в Белый дом накануне биржевого краха.
Позднее был рожден миф о коварных "протывсихах", которые якобы украли у Юлии Владимировны победу и привели к власти Януковича.
Хотя анализ электоральной географии не позволял считать, что голосование против всех серьезно помогло ВФЯ и подорвало позиции ЮВТ.
Проголосовавших против всех было мало и в бастионе Януковича на Донбассе, и в бастионе Тимошенко в сельских районах Галичины.
А заметный процент голосов против всех показали все города за пределами электоральных бастионов – как традиционно "оранжевые" вроде Киева, так и "бело-голубые" вроде Севастополя и Одессы.
"Протывсихи" не решили судьбу президентской гонки: их роль была несопоставима с ролью глобального финансового кризиса.
Но зато они были участниками нашего избирательного процесса, находились под боком и выглядели отличными козлами отпущения.
Тогдашние события наглядно продемонстрировали: нам очень хочется жить в справедливом мире. В мире, где все зависит лишь от украинских решений и действий.
Где каждый получает по заслугам. Где на виновных всегда можно указать пальцем. Где банальное везение или невезение не может стать значимым фактором.
Нам очень хочется жить в справедливом мире – но от этого реальный мир не становится справедливее.
Новая правящая команда может оказаться неумелой, нечистоплотной и непоследовательной. Но при этом успешно паразитировать на благоприятных обстоятельствах и ставить их себе в заслугу: "Прошла зима, настало лето – хвала Зеленскому за это!"
Новая правящая команда может оказаться способной и целеустремленной. Но в какой-то момент столкнуться с неумолимым "черным лебедем", потерпеть неизбежное фиаско и сойти со сцены – под улюлюканье разгневанных обывателей и злорадствующих интеллектуалов.
Историкам и современникам неприятно признавать это, но удача – весьма важный фактор. И в ближайшие несколько лет Украине придется оценить не только деловые качества Владимира Зеленского, но и степень его везения.
Михаил Дубинянский, УП