Официальная экономика существовала понарошку. Госкомстат собирал статистику, не имеющую ничего общего с реальностью, Нацбанк делал вид, что устанавливает курс доллара, государство платило бюджетникам зарплату купонокарбованцами, которые сложно было назвать деньгами. В отчётах международных финансовых организаций говорилось, что национальная денежная единица Украины «не определена». Средством платежа на теневом рынке, то есть абсолютно везде, стал американский доллар.
Жить по правилам было невозможно. Постсоветское законодательство оказалось непригодно для рыночных условий. Поэтому экономически активное население — учителя, инженеры, студенты, спортсмены превратились в теневиков: уличных торговцев, челноков, мелких бизнесменов и бандитов. В конфликт с законом вступили даже пенсионеры, облепив улицы лотками с сигаретами, пирожками и другим товаром. Крупные предприятия либо останавливались, либо переходили на бартерные расчёты. Обналичка, нелегальная торговля, зарплаты в конвертах стали формулой выживания по-украински.
В конце 90-х ситуация слегка улучшилась. В 1998-м рыночные торговцы получили право платить фиксированный налог (прототип нынешней упрощённой системы налогообложения). До этого мелкие предприниматели, работавшие законно, вынуждены были подавать в госорганы такую же отчётность, как и крупные заводы. У торговца был выбор: или посвящать большую часть своего рабочего времени заполнению бланков, или работать нелегально. Фиксированный налог снял эту проблему. Затем появился единый налог, распространивший эту практику на многие сферы малого бизнеса. В результате за четыре года количество официально зарегистрированных субъектов предпринимательской деятельности превысило 1 млн.
Появившийся вследствие полутеневой приватизации крупный бизнес в силу своих размеров не мог полностью укрыться в тени. Но и окончательно выйти из неё — тоже. Украинская система налогообложения до 2011 года занимала 182-е место в мире (из 183-х возможных).
Совокупная налоговая ставка превышала 60% ВВП предприятия. Это делало любую легальную бизнес-модель в лучшем случае неконкурентоспособной, в худшем — полностью убыточной. Крупные корпорации преодолевали и преодолевают эту проблему, оптимизируя уплату налогов, в частности с помощью офшорных схем.
И всё-таки прогресс был. Подъём экономики вплоть до кризиса 2008 года привёл к частичной детенизации бизнеса. Выход некоторых компаний на международные рынки капитала (проведение IPO) вынуждал собственников переходить на международные стандарты финансовой отчётности. Белая зарплата стала серьёзным конкурент-ным преимуществом на рынке труда, так как позволяла работнику получить кредит и визу.
Пришедшие на украинский рынок транснациональные корпорации могли позволить себе вести бизнес прозрачно. И украинским компаниям приходилось с ними конкурировать, внедряя западные стандарты. Согласно расчётам эксперта по теневой экономике профессора Линцского университета Фридриха Шнайдера, в начале нулевых уровень тенизации украинской экономики составлял 50% ВВП. До 2008 года этот показатель снизился, по разным оценкам, примерно до 30–40%.
В условиях кризиса бизнес вынужден оптимизировать издержки. Что в украинских условиях означает выплату зарплат в конвертах или полный переход на нелегальное положение. Теневики не подают отчётность, поэтому точных данных о масштабах этого явления не существует. Ориентировочные же прикидки таковы. Фридрих Шнайдер оценил размер теневого сектора в 2011 году на уровне 44,1%. Существование проблемы признают и украинские чиновники. В конце прошлого года первый замглавы Администрации президента Ирина Акимова заявила, что теневая экономика в Украине составляет от 32 до 40% от ВВП, то есть около 500 млрд грн.
Бороться с тенью можно двумя путями: создавая приемлемые условия ведения бизнеса или силовыми методами. Украинская власть с переменным успехом пытается преуспеть на обоих поприщах.
Дерегуляция, попытка упростить разрешительные процедуры в 2010–2012 годах не оправдали надежд.
Второй путь — силовой. В конце января Минэкономики презентовало проект программы активизации экономики на 2013–2014 годы. Изначально документ предполагал отмену одних налоговых льгот и введение других. Однако после обсуждения в Кабмине было решено новые льготы не вводить, а налоговую нагрузку увеличить. Крупному бизнесу грозит контроль трансфертного ценообразования (трансфертные цены, используемые при сделках между связанными лицами, часто применяются для оптимизации налогообложения). Плательщиков единого налога правительство намерено обязать пользоваться кассовыми аппаратами. Ещё одна идея — усилить ответственность за выплату зарплат в конвертах не только для работодателей, но и для наёмных работников. Эта норма пока обсуждается, но сам ход мысли пугает. История показала: чем больше государство усложняет жизнь бизнесу, тем быстрее он прячется в тень.