gototopgototop

Крымская защита. Как на полуострове преследуют инакомыслящих

E-mail Печать PDF
Новости и события в Украине и зарубежом. Политика, экономика, общество, культура, спорт, наука, образование, технологии Адвокат Эмиль Курбединов рассказал Фокусу о пытках в Крыму, деятельности ФСБ и что происходит с бывшими украинскими милиционерами, перешедшими на службу к россиянам.

Эмиль Курбединов — один из немногих крымских адвокатов, который берётся за политические дела. Среди его подзащитных — крымский журналист Николай Семена, крымскотатарский политик Ильми Умеров и более двух десятков крымчан, обвиняемых в участии в исламистской организации "Хизб ут-Тахрир", которая в России признана террористической, а в Украине нет. За свою работу он получил международную премию Front Line Defenders для правозащитников, находящихся в опасности.

В прессе часто появляется информация о том, как российские силовики в Крыму пытают местных жителей. Пострадавшие есть и среди ваших клиентов. Расскажите, что с ними происходило?

— 13 сентября в дом крымчанина Рената Параламова приехали сотрудники ФСБ в масках в сопровождении полиции. Провели обыск, изъяли технику и увезли. Связь с ним пропала, а на второй день его нашли на автовокзале Симферополя в ужаснейшем состоянии. Когда он пришёл в себя, рассказал, что как только его увезли из дома, ему надели на голову мешок, привезли в здание, где пытали, в том числе током, и заставляли подписать документы. Насколько Ренат помнит, это были протоколы допросов. Его вывозили в лес, где заставили показать, что он якобы закопал взрывчатку и патроны. Всё это снимали на видео, заставили также подписать протоколы. Затем ему сказали "ты будешь делать то, что мы скажем" и, надеясь на то, что он сломлен, выкинули на одном из автовокзалов, предупредив, чтобы он сказал, мол, всю ночь гулял. Но Ренат нашёл в себе силы рассказать, что произошло, мы написали жалобы, в том числе в военную прокуратуру. Ждём официальных ответов.

Какова основная причина таких преследований?

— Логику очень сложно понять, я уже устал что-то за ними додумывать и придумывать. Скорее всего, они считают, что он как-то связан с исламским сообществом. Потому что Параламову предъявляли обвинение в том, что ещё при Украине у него был блог в "ВКонтакте", где он говорил об исламе и активничал в соцсетях. Соавторами блога были люди из Татарстана и Башкорстана. Когда его похитили фээсбэшники, ему сказали: "Тебя сдали вот эти, мы их уже посадили, они дали показания, ты вербовщик и т. д.". На этом основании его стали пытать, показывать фотографии, требовать опознания и прочее.

Есть ли давление на вас?

— В январе получил десять дней ареста. Потом мне стали названивать из следственного комитета. Говорили, что поступил рапорт из ФСБ завести на меня дело за разглашение тайны следствия. Несколько раз меня пытались вызвать. Я говорил, чтобы вызывали по повестке, я направлю её в палату адвокатов и буду выполнять, что они скажут. Следователи согласились, и тут Front Line Defenders даёт мне премию. Я уезжаю за ней, возвращаюсь — и тишина. Буквально перед последними бахчисарайскими арестами меня предупреждали, что в моем офисе готовятся обыски.

Ведется ли слежка за вами, препятствуют ли вашей работе адвоката?

— За собой я этого не замечал, но уверен, что прослушка есть. В паранойю уже не впадаю. Арестованные мне рассказывали, как за ними следили: машины стояли неделю, всё что-то смотрели. Люди расценивали это как способ давления, чтобы из Крыма уехали все несогласные. Для власти это идеальный вариант.

Расскажу о деле "Таблиги Джемаат". Членов этой организации арестовали, я с коллегами их защищал. Но вдруг появилось Духовное управление мусульман Крыма, которое начало работать в унисон с ФСБ. Я видел, как в здание ФСБ заходил заместитель муфтия и его юристы. Они надавили на арестованных, чтобы те отказались от нас, "ангажированных адвокатов". Пообещали им, что их отпустят под домашний арест. Те и поверили. Отказались от нас, но никого всё равно не отпустили.

Что это за организация?

— Это такие "дервиши", абсолютно аполитичные люди. Они об исламе говорят, раз в месяц или в год должны выехать в другое место, чтобы там проповедовать. Перед каждым выездом они приходили в ДУМК и говорили, куда едут. Пытались быть лояльными к власти, и было видно, каким для них шоком стало, когда их арестовали. Их обвинение один в один списано с обвинения по делу "Хизб ут-Тахрир": антироссийская, антиконституционная деятельность, построение Халифата. У них волосы дыбом, говорят: "Это же вообще ерунда, мы таким не занимаемся".

Как сейчас ситуация в Крыму выглядит глазами обывателя?

— Цены там, как в Москве, если не выше. Такси очень дорогое, в Ростове дешевле. Медицина бесплатная — никакая. Все дороги, которые в том году отстроили, поплыли. Сейчас строят огромную трассу Тавриды, работа кипит днём и ночью. Будет от моста [Керченского] идти через весь Крым.

Бывшие украинские милиционеры и военные, перешедшие на сторону РФ, довольны?

— Про полицию скажу, лично слышал. Они говорили, что их обманули. Полгода в 2014-м, когда доллар был дешевле и продукты продавались по украинским ценам, они получали под $1 тыс. в месяц. Не верили, что это их зарплата. А потом из-за падения курса $1 тыс. превратилась в $500. Позже у них забрали стимулирующие выплаты, и зарплата стала $300.

Насколько вообще целесообразна работа адвоката в Крыму, учитывая, что процент оправдательных приговоров мизерный и шансов вырвать человека из лап системы практически нет?

— Мы боремся в юридической плоскости, чтобы доказать, что дела политические, юридически несостоятельные. Потом можно выйти на Европейский суд по правам человека и уже там доказать, что есть нарушения прав, что уголовные дела расследуют с грубейшими нарушениями.

Второй момент — это сопротивление, мирная борьба. Я показываю другим адвокатам, что бороться и участвовать в этих делах можно. Да, на их бумагах будет обвинительный приговор, но мы на него не смотрим. В один день мы уже проснулись в другом государстве и не знаем, что будет завтра. Все эти нарушения необходимо фиксировать.