gototopgototop

М'яка сила. Шанс вийти з глухого кута на Донбасі

Печать PDF
Новости и события в Украине и зарубежом. Политика, экономика, общество, культура, спорт, наука, образование, технологии Если ничего не менять, то ничего и не изменится.

Мы очень мало меняем на Донбассе. Да, поменяли АТО на ООС, но как это повлияло на ситуацию?

Кардинально мы не меняем ничего: мы и не воюем (Минские соглашения не разрешают), и не договариваемся. Конфликт зашел в тупик.

Между тем, жизнь за линией разграничения меняется быстро и целенаправленно.

Главный тренд последних двух лет на оккупированном Донбассе – это самоизоляция от Украины.

"Национализация" экономики, запрет выезда на свободную территорию бюджетникам, искусственное создание проблем перевозчикам и вытеснение украинских мобильных операторов…

А главное – там растут дети. Они уже не помнят другой, мирной жизни.

Когда мы радуемся данным социологов о росте патриотизма и национального самосознания на свободной территории Донбасса , нужно учитывать, что на оккупированной территории происходит то же самое, только в обратном направлении – патриотизм там растет региональный, и национальное самосознание все больше становится российским. Время делает свое дело!

"Или воюйте, или договаривайтесь. Но так жить нельзя!" – говорят жители прифронтовых территорий, которым годами приходится жить под пулями и снарядами, летящими с обеих сторон линии фронта.

Для них самое страшное – не война, а отсутствие перспектив ее окончания. Мы же сначала три года слушали про безальтернативность Минских соглашений, теперь, еще год, – о миротворцах ООН.

Но и то и другое – просто затягивание времени, поскольку каждая сторона конфликта видит и первое, и второе совершенно не так, как ее противник.

Невыполнимость Минских соглашений заложена в противоречиях самого их текста. А миротворцы невозможны хотя бы потому, что не определены стороны, которые должны на них согласиться.

Даже если Путин говорит "ок" и выводит оттуда своих "отпускников", то что помешает ему не пустить миротворцев на оккупированную территорию стволами каких-нибудь захарченок-пасечников, которые формально ему не подчиняются?

В то же время, вести переговоры с Донецком и Луганском (как требует Москва) – и неприемлемо, и глупо. Тапочки Путина, хоть и бывают на ногах своего хозяина, но не могут направлять его стопы...

Хотя, если разложить конфликт по интересам его сторон и поставить себе целью не перехитрить противника, а выйти из военного тупика и принести мир на Донбасс, то выход есть...

Путин признает, что Донбасс – это украинская территория, но (справедливо) не верит, что украинское государство способно и хочет реализовать политическую часть Минских соглашений, в которой он заинтересован.

Поэтому он не прекращает конфликт в регионе – не видит возможности решить его с пользой для себя при нынешней политической ситуации в Украине.

Основной аргумент Путина, которым он оправдывает поддержку Россией "республик", – это опасение, что возвращение туда украинского государства обернется "резней... как в Сребренице".

При этом президент РФ соглашается на введение миротворцев ООН, но только в качестве миссии охраны для Мониторинговой миссии ОБСЕ, что никак не способно изменить ситуацию в воюющем регионе.

Путин может пойти на прекращение военной формы конфликта на Донбассе, если только это не лишит его возможности и дальше использовать этот регион как инструмент влияния на Украину. То есть, если увидит перспективу реализации политической части Минских соглашений.

В свою очередь, Киев заинтересован в проведении на Донбассе местных выборов, которые создадут легитимный субъект для диалога, не имеющий отношения к "ДНР-ЛНР".

При этом, Верховная Рада не пойдет на проведение таких выборов, пока открыта граница с Россией, а оккупированные территории контролирует Москва.

Киев также не может пойти на прямые переговоры с нелегитимными "властями" в Донецке и Луганске и признать их стороной конфликта. Закон Украины уже назвал агрессором и оккупантом Россию, а власти "ДНР-ЛНР" – "оккупационными администрациями".

Это делает невозможным взаимодействие Киева и "властей" ОРДЛО в социально-экономическом обеспечении региона, когда туда зайдут голубые каски.

А кто и как, в таком случае, будет платить пенсии, социальные пособия, обеспечивать защиту прав людей и социальные гарантии после входа туда миротворцев?

Обсуждаемая сейчас идея миротворческой миссии ООН, пусть даже с компонентой Международной временной администрации, на эти вопросы не отвечает.

В этой ситуации главная опасность для Украины в том, что президент Трамп может захотеть решить вопрос установления мира на Донбассе уже во время встречи с Путиным 16 июля.

Учитывая стремление Трампа к партнерским отношениям с Москвой и то, что сам факт миротворчества для него важнее, чем внутриполитические последствия такого мира для Украины, он может согласиться на "мир" на условиях Москвы. То есть, на принуждение Украины к реализации российского видения Минска.

Киев сам должен предложить президенту США такой вариант установления мира на Донбассе, который в глазах Трампа был бы приемлемым для России. При этом, решение должно давать шансы и возможности Украине вернуть свою юрисдикцию на территорию, которая сейчас оккупирована Москвой.

Этот компромиссный вариант призван сохранить Путину уверенность, что прекращение военной фазы конфликта на Донбассе не лишит его возможности влиять на Украину и ее евроатлантические стремления, иначе он просто не согласится на него.

Таким компромиссным вариантом может быть введение на Донбасс не просто миротворческой миссии, а – смещаем акценты (!) – Временной международной администрации с компонентом вооруженных миротворцев ООН в качестве ее охраны и инструмента обеспечения ее мандата.

Переход контроля над регионом к международному посреднику с мандатом ООН, состоящему из стран, подписавших Будапештский меморандум и являющихся членами Совета безопасности ООН, сделает невозможной "резню", но создаст условия для установления мира, прекращения гуманитарной катастрофы и проведения выборов в местные советы.

Для Москвы этот вариант может быть приемлемым, поскольку она получает возможность реализации политической части Минских соглашений и, при этом, смягчения международных санкций и груза финансирования "республик".

Также выполняется требование Путина об отсутствии в миротворческой миссии военных НАТО. О составе МВА он ничего не говорил.

А Киев заинтересован в таком варианте, поскольку введение МВА позволит миротворцам установить контроль над границей, лишить ресурсной и финансовой базы незаконные вооруженные формирования и вывести с территории Донбасса российские войска.

Проведение легитимных местных выборов и восстановление финансово-экономических связей дадут Киеву рычаг воздействия на легитимно избранные местные органы власти и экономические элиты региона.

Наличие в МВА (не в военной компоненте миссии!) России позволит Кремлю сохранить лицо и часть контроля, а Киеву – избежать коллизии с нежеланием Москвы признавать себя стороной конфликта.

В отличие от Киева, МВА, через российских представителей в ней, сможет решать вопросы по выполнению своего мандата напрямую с "властями" Донецка и Луганска.

Боевики "ДНР"-"ЛНР" не раз заявляли, что будут рассматривать вооруженных миротворцев как "очередного противника" и "мишени". Однако, они не смогут оказывать вооруженное сопротивление Гражданской миротворческой миссии – МВА, тем более, если в ее составе будет Россия.

Вооруженное противодействие миротворческой миссии ООН маловероятно, поскольку сам факт введения МВА на оккупированный Донбасс закрепляет перспективу его передачи Украине, подтвержденную Россией. А утрата боевиками иллюзий в отношении будущего признания "республик" Москвой, либо присоединения "ДНР"-"ЛНР" к РФ лишит их сопротивление всякого смысла – воевать будет уже просто не за что.

Более того, если боевики окажут сопротивление такой миссии, то это будет означать вхождение в конфликт не только с Украиной, но и со странами-постоянными членами Совета безопасности ООН, из представителей которых должна состоять МВА.

Изначальное позиционирование военной компоненты миссии в качестве охраны МВА и механизма обеспечения ее мандата, а не самостоятельной военной силы – не позволит оккупационной пропаганде представить миротворцев как оккупантов и агентов Киева.

Согласно социологическим опросам, главным страхом (81%) жителей оккупированных территорий Донбасса является возобновление активных боевых действий. Поэтому активное вооруженное сопротивление миротворческой миссии лишит боевиков поддержки местного населения и, следовательно, возможного политического будущего.

Главным инструментом деятельности МВА должна стать не военная сила, а контроль над всеми финансовыми и материальными потоками, поступающими в "ДНР"-"ЛНР", в том числе из России.

Возобновленные выплаты пенсий из Киева, любые поставки из России, международная гуманитарная помощь – все должно приниматься и распределяться Временной международной администрацией.

Постепенно через нее должно быть восстановлено функционирование на неподконтрольной правительству территории банковской и финансовой систем Украины, нотариата, регистрации гражданских актов…

На практике это может выглядеть так: открытие в местах дислокации МВА и ее органов на местах банковских отделений (украинских, либо западных), органов регистрации имущественных прав, гражданских актов, регистрации и налогообложения бизнеса, нотариусов и других услуг, оказываемых в украинском юридическом поле и необходимых гражданам Украины, проживающим на оккупированной территории.

Таким образом, МВА должна стать основным распределителем благ для населения, механизмом реализации гражданских прав, гарантом мира и символом экономических улучшений. Это в том числе обеспечит ей лояльность местных жителей.

Для этого необходим контроль МВА над границей и обязательство России и Украины направлять все финансовые и ресурсные потоки в регион исключительно через МВА.

Конфликт на Донбассе не имеет ни этнической, ни религиозной, ни социальной почвы.

Он полностью инспирирован и оплачен Россией. Поэтому, без финансовой и ресурсной подпитки из Москвы он затихнет сам собой.

РФ может не снижать уровня своей поддержки Донбассу, но распределять эти ресурсы должна МВА. Важно, что в число объектов этого распределения не входят незаконные военные и псевдо-правоохранительные образования. Это должно быть закреплено мандатом ООН.

МВА также вводит свою временную альтернативную систему налогообложения на территории ее мандата, чтоб субъекты предпринимательской деятельности могли платить налоги ей, а не "ДНР"-"ЛНР".

При этом, размер таких налогов должен быть меньше, чем в "республиках", а их плательщики получают возможность легальных экономических отношений с Украиной.

При необходимости, МВА осуществляет защиту таких субъектов предпринимательства от преследования незаконных вооруженных формирований.

Такие налоговые поступления должны тратиться на социальные выплаты в регионе и засчитываться как отчисления из бюджета Украины.

Если функция альтернативного налогообложения будет прописана в мандате миссии, и полученные средства будут расходоваться на социальные нужды исключительно в том регионе, где они собраны, у нынешних "властей" "республик" не будет оснований открыто противодействовать такому налогообложению.

После того, как вооруженные формирования "ДНР"-"ЛНР" лишатся источников финансирования и материально-технической поддержки России, они начнут распадаться.

МВА, на основе мандата ООН и специально принятого украинского закона о МВА, издает нормативно-правовые акты об отмене внешнего управления на предприятиях, о роспуске армейских корпусов "республик" и так далее.

Субъекты действия этих актов могут принимать или не принимать их к руководству, но все, кого это касается, уже будут знать, что армейские корпуса и "национализация" незаконны в глазах мирового сообщества, и не смогут действовать в легитимном поле, даже России.

То есть, миротворцы и МВА не применяют силу, а переподчиняют гражданские органы управления за счет замыкания на себя их финансирования. В свою очередь, незаконные военные образования придут к деградации из-за блокирования их источников обеспечения.

Лишенные финансовых, административных, и военных ресурсов, "ДНР"-"ЛНР" из квази-государственных и военных организаций постепенно трансформируются в чисто политические.

После того, как МВА установит контроль над оккупированной территорией, там начинается подготовка к выборам в местные органы власти по украинскому законодательству, с участием украинских политических сил и СМИ. МВА содействует возвращению вынужденных переселенцев.

За это время Украина принимает закон "О прощении" (об амнистии), гарантирующий отказ от преследования тех, кто не совершал военных преступлений, преступлений против человечности, не причастных к созданию незаконных вооруженных формирований.

После проведения выборов по украинскому законодательству, когда сформированы законные органы местной власти, МВА передает свои полномочия местным советам и прекращает свою миссию.

Этот вариант не гарантирует прекращения гибридной войны России против Украины, но он выводит конфликт на Донбассе из нынешнего тупика затяжного вооруженного противостояния и дает шанс и Киеву, и Москве реализовать свои цели политическим и дипломатическим путем.

Также он дает возможность президенту Трампу реализовать свои миротворческие стремления и получить ясность в том, действительно ли Путин хочет мира и готов ли он на компромиссы ради улучшения отношений с Соединенными Штатами.

Сергей Гармаш, Центр исследований социальных перспектив Донбасса. УП
Tags:     ДОНБАС      ООС      ВІЙНА      УКРАЇНА      РОСІЯ